ВЯЧЕСЛАВ КАРПЕНКО: ПРОЩАНИЕ С ДРУГОМ

Юшко читает

Настоящий художник пишет (рисует, сочиняет музыку) прежде всего – для себя. Ибо ему необходимо изначально именно для себя разобраться и ответить на вопросы, что встают перед человеком с самого рождения: кто ты и откуда?- зачем ты здесь? – где зло и где добро? – и что возьмёшь в дорогу? – да, в тот последний путь… куда? – и что за той грядой, через которую уходишь невозвратно?..

Когда читаешь стихи Геннадия Юшко, то, кроме наслаждения, а порой и удивления мастерством владения словом, рифмой и ритмикой, ощущаешь главное, чего ждёшь от поэзии. Глубинной связи с природой и временем, которое не измеряется стрелками часов. И философское осмысление, даже чувствование, своего проникновение в тайну, казалось бы, самых простых вещей и событий, тебе дотоле кажущейся незначительной. Даже в самых, казалось бы, «лирических» и «простых» стихотворениях. Да вот: «Пейзаж»:

Летает ласточка по маю,
и ветер ластится в окно,
и грач по пашне, чуть хромая,
бредёт добыть своё зерно.

Частица сельского пейзажа
– неплохо бы рассыпать дождь –
такое влажное адажио,
потом упасть от счастья заживо,
чтобы – земля,
и ты,
и дрожь.

Его поэзия вобрала и плещет цельной и разногранной жизнью не только автора, но и земли, на которой соседствуют любовные восторги с усталым скрипом пилы на колымском лесоповале; где разговор с историческими лицами прерывается речитативом цыганского гадания и звоном гранёных стаканов. Где пробивающегося снеговым бездорожьем изыскателя будоражит мираж кликов журавлей, манящих в кофейни Стамбула, а затерянному в городской суете прохожему вдруг пахнёт духом сена и парного молока, отпитого когда-то из рук матушки.

Шрамы памяти и морщины хохота, и желваки боли, и прерванное поцелуем дыхание… Россия. Восторг и -- боль. Шрамы памяти и морщины хохота. И тепло ладоней, согретых близким дыханием.

Геннадию Юшко природой был дан не только талант сочинителя, но и судьба, позволившая, а порой – и заставляющая, жить с широко раскрытыми глазами и распахнутой душой, что вбирает в себя краски, звуки и шёпоты , улыбки и слёзы человечьи, встречаемые в пути. К чести поэта, он никогда не торопился печатать, порой вопреки ожиданиям и рекомендациям. Ибо – всегда сознавал ту ответственность за Слово, которая необходима художнику. Поэт всегда остаётся один на один со всем миром – вокруг и в себе. И две компоненты творчества – Слово и Память – открывают и читателю путь к созиданию, уже собственного бытия в космосе жизни.

Отвечал ли в своих стихах Геннадий Юшко на поставленные себе и миру вопросы? – и да, и нет. Только глупец решится утверждать, что он познал все тайны бытия и… себя. Но поэзия Геннадия Артёмовича будоражит душу, зовёт поднять взор к небу и оценить жизнь – во всех её проявлениях. И две компоненты его творчества – Слово и Память –открывают вдумчивому Читателю путь к созиданию и осмыслению уже и собственного бытия в космосе подаренной ему Жизни.

Мне просто необходимо процитировать стихи, обращённые к другому страстотерпцу – Варламу Шаламову – спасённому и спасшемуся от ада – именно магией Слова:

Сдавили пальцы, как тиски,
блокнотов лагерных страницы,
я разрывал их на куски,
мелькали: судьбы, стужи, лица.

И навзничь падали слова
и ничего им – впереди,
и в доме, как на Покрова,
и я, как снег, кругом один.

Лежат недвижные глаголы,
оборван мною их полёт,
а за стеною радиола
о звёздной нежности поёт.

Его книги было не просто читать, а стихи не только декламировать – необходимо впустить их в себя, как впускаешь в дом замёрзшего друга, как радуешься тихому шёпоту любимой. Будто смотришь себе в глаза – наедине и всерьёз. И тогда ты становишься со-автором художника. И обладателем подаренного тебе мира – Поэзии.

Берите! – говорит художник. Увидьте – и виждете! Переболейте – чтобы быть здоровым…

Геннадий Юшко остаётся среди нас – тем большим человеком – в жизни, в дружбе, в стихах, в книгах… ПОЭТОМ.

Поделиться: