Дело Пасько*


      Выступление на сессии Европарламента 22.01.2001

      Выступление на Чрезвычайном съезде в защиту прав человека 20.01.2001

      О деле Пасько, мнения, письма в поддержку
      Документы "Международной Амнистии" (Eng.)

Выступление на сессии Европарламента 22.01.2001

Уважаемые дамы и господа!

Я благодарю Европейский парламент за включение в повестку дня вопроса о моей ситуации.

Я буду говорить о себе, но на примере моего дела Вы , надеюсь, поймете, что ИМЕННО российская власть может сделать и делает с неугодным ей журналистом.

Я думаю, что уважаемые члены Европейского парламента знакомы с моим делом и с тем, что меня, журналиста, обвиняют в шпионаже в пользу Японии. Об этом неизвестно, судя по четырех летнему молчанию, только официальному Токио.

У меня есть все основания не доверять российскому правосудию, и военному, в частности: оно зависимо и зачастую действует в обвинительном уклоне вместе с прокуратурой.

Огромное количество нарушений уголовно-процессуального законодательства вынудило меня обратиться в Секретариат Европейского суда по правам человека. (Сегодня должны быть переданы все документы по этому делу в Секретариат). Российское правосудие на уровне Верховного суда, по сути, отказывается принимать окончательное решение по моему делу. Это - издевательство., которое длится уже четвертый год.
Я регулярно испытываю давление ФСБ: оно выражается в публикациях в газетах о том, что я - японский шпион, и это до вступления приговора в законную силу. Осуществляется перлюстрация моих обращений в различные ведомства, прослушиваются телефонные разговоры. Именно ФСБ не выдает разрешения на получение мною заграничного паспорта. В России прочно реанимировано понятие "невыездной".

Меня не увольняют из Вооруженных сил, по сути - насильственно удерживают в них, что является безусловным нарушением моих прав и свобод.

Я испытываю давление военной прокуратуры, которая своими акциями запрещает газетам публиковать мои статьи. Со стороны прокуратуры Тихоокеанского флота раздаются публичные угрозы и обещания посадить меня в тюрьму именно за мои публикации в СМИ. Общественность - до суда! -заверяется в том, что я буду осужден именно за государственную измену с лишением свободы сроком не менее чем на семь лет.

Не выдержав напряжения от такого издевательства надо мною, умерла моя мать.
Фактически четыре года я лишен возможности работать журналистом. тема экологии на Дальнем Востоке сейчас почти не освещается в СМИ: она засекречивается пуще прежнего.

Я надеюсь, что Европарламент найдет возможность не позволить российским властям на глазах у всего мира расправиться со мною, журналистом, за мою профессиональную деятельность и демократические убеждения.

Благодарю за внимание. Григорий Пасько

Выступление на Чрезвычайном съезде в защиту прав человека 20.01.2001


Способность сопротивляться


Интересная штука - старые газеты. Недавно листал подшивку "Московских новостей" за 1989-й год. Вы, конечно, помните, эти "Новости" Егора Яковлева.

В февральском номере - интервью с Андреем Дмитриевичем Сахаровым, кандидатом в народные депутаты СССР. Из предвыборной программы академика: "…Легализация и поддержка общественных движений, борющихся за охрану окружающей среды. …Открытость общества. Свобода убеждений. …Тайн в открытом обществе должно становиться все меньше и меньше. Раскрыть архивы НКВД - МГБ, учредить комиссии Верховного совета по контролю за деятельностью МВД, КГБ…"

…Романтическое было время. Сахарова нет. Экологи преследуются. Архивы закрыты. В КГБ наверняка создана комиссия по контролю за Государственной Думой. Хотя вряд ли это нужно, если учесть пятую колонну из полковников КГБ в числе самих депутатов…

В том же февральском номере бывший кагэбэшник Михаил Любимов пишет о шпиономании, "которая стала не только политическим козырем в руках консервативных сил, заинтересованных в сохранении напряженности, но и вошла в обыденное сознание".

Фазиль Искандер пишет о том, что "в руководство страны должны войти Сахаров и Лихачев и о том, что никак нельзя сбавлять темп гласности, потому что "если остановимся , течение понесет нас назад". ( Через девять лет и Фазиль , и Лихачев будут писать письма в военный суд с требованием изменить мне меру пресечения. Суд даже не прочитал эти письма). А в руководство страны пришли и приходят совсем иные люди, далеко не Сахаровы и не Лихачевы…

В апреле публикуется докладная записка юриста Владимира Жданова, датированная 1918 годом. В ней юрист пишет в Совнарком о том, что "Чрезвычайная Комиссия взяла на себя методы деятельности охранного и сыскного отделений: полная безгласность и тайна производства, недопустимость защиты и отсутствие права обжалования". Юриста наверняка расстреляли - не в 1918-м, так в 1937-м. ФСБ - преемственница ВЧК - по-прежнему остается бесконтрольной во всем.

В августе публикуется большая статья Софьи Васильевны Калистратовой - адвоката многих правозащитников. Она вспоминает слова Ильи Габая, который сказал :" Я видел такие нарушения прав человека, умолчание о которых мне представлялось равноценным соучастию".

Сегодня, оглядываясь на наше не такое уж и далекое прошлое, можно сказать: интересный и наивный то был период в развитии нашей страны, но такой необходимый.

Многое изменилось, но еще большее осталось нетронутым переменами. И, судя по событиям дня сегодняшнего, не скоро уже перемены , начавшиеся в 1989 году, будут снова начаты.

Сегодня - время возврата психологии осажденной крепости. Сегодня, как и раньше, снова - время необходимости сопротивления.

Единственным, что составляет непреложную основу жизни, Эрих Мария Ремарк называл способность сопротивляться. Правда, при этом добавлял, что католическая церковь "опасливо и осторожно" называет это прегрешением против духа.

Сегодняшний чрезвычайный съезд свидетельствует и о том, что для россиян давно уже наступил период необходимости возрождения способности к сопротивлению - в первую очередь, сопротивлению тем агрессивным силам, которые всячески игнорируют права человека. К числу таких сил я безусловно отношу федеральную службу безопасности и прокуратуру России. Именно они чаще всего называют действия тех, кто борется за права человека сам или отстаивает свои права, тех, кто способен сопротивляться их беззаконию, - лицами, подрывающими устои государственности. Причем делают это, в отличие от католической церкви, не "опасливо и осторожно", а нагло и цинично.

Мы должны открыто признать, что в России давно уже виртуальный образ "государственности" поставлен выше человеческих ценностей, выше прав человека. Человек в России снова превращается в молчаливое быдло, у которого есть одно право : делать так, как скажет власть. В то же время власть предержащие не устают причитать о необходимости укрепления государства и охраны его интересов. Стенания по этому поводу сильнее и отчетливей зазвучали, когда президентом России стал Путин. В связи с этим нельзя не вспомнить слова Николая Бердяева :"Когда могущество государства и нации объявляется большей ценностью, чем человек, то в принципе война уже объявлена, все для нее уже подготовлено духовно и материально, и она в любой момент может возникнуть…"

Война человека и государства уже идет и набирает обороты. Охрана интересов государства при этом понимается выходцами из КГБ, которые сегодня в России собственно и определяют внутреннюю и внешнюю политику страны, весьма превратно, специфически и в явном противоречии с российским и международным законодательством.

Так, например, одним из направлений по так называемой охране государственных интересов КГБ с благословения высшей государственной власти была выбрана борьба со шпионами. Процессы над "врагами России и предателями" буквально захлестнули внутреннюю жизнь страны в последние годы. И это при полном отсутствии подобных процессов над террористами, взорвавшими дома и переходы в Москве, над убийцами Листьева, Старовойтовой... Федеральная служба безопасности очевидно не ловит террористов не потому, что их нет, а потому, что не умеет. Зато шпионов она ловить научилась именно потому, что на самом деле они таковыми не являются.

Сегодня в ФСБ управление по борьбе с терроризмом и защите конституционного строя возглавляет некто Герман Угрюмов. С этим выпускником Бакинского училища химических войск мы восемь лет жили в одном доме. В то время он был начальником ФСБ по Тихоокеанскому флоту. С его благословения было возбуждено уголовное дело по статье за государственную измену в отношении меня. Следственная бригада из 24 офицеров ФСБ в течение года вела дело оперативной разработки, затем в течение шести месяцев - предварительное следствие по возбужденному уголовному делу. Вы знаете, чем это закончилось - оправданием меня по обвинению в шпионаже в пользу Японии и осуждением "за злоупотребление должностными полномочиями" только потому, что к окончанию суда я уже два года просидел в тюрьме.

В настоящее время дело снова направлено на новое рассмотрение в тот же суд Тихоокеанского флота. Я думаю, что агония продолжается только потому, что Угрюмов является заместителем директора ФСБ, а Путин был директором ФСБ в то время, когда я сидел в тюрьме. При этом очень важно подчеркнуть, что впервые в истории СССР и России военный суд вынес по делу частное определение в адрес ФСБ и прокуратуры Тихоокеанского флота по фактам фальсификации материалов уголовного дела. Наказания за фальсификацию, конечно же, никто не понес.

В конце февраля- средине марта дело снова будет слушаться во Владивостоке. Если КГБ закусит удила и продолжит наплевательски относиться к законам, а военный суд - прислушиваться к мнению ФСБ и также плевать на законы - то процесс над журналистом Пасько может закончиться обвинительным приговором. При этом нельзя не учитывать, что даже Верховный суд в лице военной коллегии не решился соблюсти закон, по сути струсив принять единственно верное и справедливое решение: отменить приговор суда первой инстанции и прекратить дело за отсутствием состава преступления.

Анализируя процессы над так называемыми шпионами Никитиным, Моисеевым, Сутягиным, анализируя случаи с учеными Сойфером и Щуровым, нетрудно найти в них много общего - вплоть до идентичности абзацев из текста обвинительного заключения. Я сейчас говорю о тех делах, материалы которых я так или иначе знаю хорошо. Но можно вспомнить и другие, о которых мы знаем лишь из песнопений здановичей и ему подобных, например, капитане 3 ранга Величко ( Балтийский флот), майоре Дуднике (Оренбургская армия ПВО).

Первая особенность всех этих дел - полное засекречивание всех материалов дела, обвинительного заключения и судебного процесса. Как только становится известным о закрытости судебного расследования - знайте: перед нами "липа", очередной заказняк какого-нибудь черкесова или угрюмова с целью получения им лично и его подчиненными должностей, званий и наград.

Вторая особенность. В качестве экспертов по такого рода делам ФСБ совершенно незаконно привлекает представителей 8-го управления генерального штаба министерства обороны, которые при назначении на свои должности проходят согласование в ФСБ. Почему незаконно? Потому что законом " О государственной тайне" в таких случаях предусмотрено проведение экспертиз Межведомственной комиссией по защите государственной тайны, которая собственно для таких случаев и создавалась. Примечательно, что российские суды , с такой же легкостью необыкновенной идут на нарушение законов только потому, что дело стряпалось в КГБ. Они словно не замечают и тотального засекречивания материалов дела, и проведение экспертиз явно заинтересованными людьми , и массу других нарушений.
Третья особенность. Сплошное нарушение уголовно-процессуального законодательства . Если бы прокуратура и суды соблюдали все требования УПК РСФСР, то ни одно из шпионских дел до суда просто не дошло бы. В моем деле, к примеру, только в тексте обвинительного заключения свыше тридцати процессуальных ошибок. Когда в суде по этому вопросу допрашивали руководителя следственной бригады ФСБ, он сказал, что это "технические ошибки", возникшие по той причине, что он плохо владеет компьютером.

К числу нарушений УПК я отношу и такой приемчик ФСБ, как ссылка в качестве доказательного аргумента на заключение службы внешней разведки. Заключение, как правило, содержит такую фразу: " Новая тактика американских ( вариант - , норвежских, южнокорейских, японских) спецслужб.." Так было в моем деле, так есть в деле Сутягина. На самом деле СВР неправомочна делать подобные заключения. Это во-первых. Во-вторых, подобные заключения ярко характеризуют степень деградации службы внешней разведки. Назвать привлечение ученого или журналиста в качестве источника шпионской информации "новой тактикой " в действиях спецслужб способен лишь тот, кто ни черта не смыслит в тактике вообще и в шпионской в частности.

Четвертая особенность. Полное отсутствие доказательной базы. ФСБ действует нахрапом, подлостью и цинизмом, ложью и наглостью. И суды идут на поводу. ( О проститутской сущности прокуратуры я уж и не говорю). Немало такому положению способствует и сам текст статьи 275 уголовного кодекса. Текст этот писали люди, явно не владеющие тонкостями русского языка. Ну как можно было написать, что государственная измена - это шпионаж , выдача государственной тайны ЛИБО ИНОЕ ОКАЗАНИЕ ПОМОЩИ иностранному государству? Да по этой статье можно судить кого-угодно, начиная с президента, например, за его решения об оказании помощи другим государствам.

Хотелось бы особо отметить следующее. Насколько я понял, огромную часть своих уголовных дел Игорь Сутягин и Владимир Щуров наговорили себе сами. Конечно, ФСБ их вынудило к этому ложью. Поэтому я прошу вас: никогда, ни при каких обстоятельствах не сотрудничайте с ФСБ, не говорите с ними вообще ни на какие темы. Из чего угодно ФСБ способна сделать провокацию. Эта организация неспособна только на одно: создать реальную безопасность для страны и ее граждан.

Конечно же , не могу не сказать о такой важной, на мой взгляд, проблеме, как статус ВОЕННОГО журналиста. Дело в том, что о журналистах вообще говорят много и апеллируют к закону о средствах массовой информации. Но мало кто задумывается при этом о положении рабов от журналистики, самых, пожалуй, бесправных работниках этого цеха - военных журналистах. Они бесправны настолько, что даже боятся вслух говорить о своем бесправии. А бесправны они, видимо, от изначального их законом не определенного положения. Нельзя же всерьез считать законной директиву начальника главного политического управления СА И ВМФ от 1986 года или приказ министра обороны. На мой взгляд, военных журналистов, юристов, спортсменов, артистов и многих прочих военных ВООБЩЕ быть не должно в мирное время в демократическом государстве.

От неопределенности статуса военных журналистов возникают откровенно идиотические ситуации: приказ министра обороны запрещает мне как офицеру общаться с иностранцами без разрешения командира части, писать правду о положении в армии, скажем, с радиоактивными отходами, а закон о СМИ от меня как от журналиста ТРЕБУЕТ делать это. При этом я понимаю, что выше всех приказов - Конституция и федеральные законы, которым приказы министра обороны нередко противоречат. Но судили меня и наверняка судить будут по приказам, а не по законам. И приказы эти никто не отменяет и никто не несет за это ответственности.

Накануне дня российской печати 13-го января я на одиозном сайте Страна.ру прочитал несколько сентенций по поводу наличия в России свободы слова. Редактор "Новых известий" сказал, что " давление испытывают те журналисты, кто хочет его испытывать". В таком случае получается, что я мазохист. Смею уверить этого редактора, что это не так. Давление испытывают те журналисты, кто по каким-то причинам неугоден власти - этой капризной, наглой, амбициозной и чаще всего глуповатой девице. Причем власть эта чудит почти одинаково: что в Москве, что во Владивостоке.

По -моему, сегодня в России остались островки гласности, а о свободе слова вообще говорить не приходится. И чем дальше в лес, тем больше желающих эти островки либо приватизировать , либо побрызгать их напалмом из цитат доктрины информационной безопасности.

Кто знает, может из всех свобод, которые готовит нам нынешняя власть России, только свобода думать и внутренне сопротивляться и останется. Но как бы там ни было, а НЕ сопротивляться НЕЛЬЗЯ. Хотя бы для того, чтобы самим себя уважать и детям своим в глаза прямо смотреть.

Очень хочется, чтобы я ошибался, что новый век принесет новые радости, а не только новые надежды. Но не будем забывать, что у каждого века есть свое средневековье.

Григорий Пасько, журналист



       21 ноября 2000г в военной коллегии Верховного суда РФ состоялось рассмотрение кассационных жалоб по делу Пасько на приговор вынесенный судом ТОФ, который переквалифицировал статью 275 (измена родине в форме шпионажа) на статью об использовании служебного положения и воспользовавшись указом об амнистии освободил Григория Пасько из под стражи в зале суда. Кассационные жалобы были принесены как со стороны прокуратуры, так и со стороны защиты и самого Григория Пасько. Прокуратура настаивала на виновности Пасько по статье об измене, защита на полной невиновности в связи с не доказанностью состава преступления и за отсутствием события преступления. Военная коллегия, рассмотрев апелляционные жалобы, постановила - приговор отменить, а дело Григория Пасько отправить в военный суд ТОФ на новое рассмотрение в том же суде, но в другом составе судей.*

        Вот мнение по этому поводу общественного защитника Григория Пасько генерального директора Русского ПЕН-центра Александра Ткаченко:

       Военная коллегия верховного суда, вынесшая такое решение, на мой взгляд, продлила наказание Григорию Пасько за преступление которого он не совершал еще минимум на год полтора, более того в тексте постановления явно звучат мотивы, подсказывающие будущему суду будущий приговор по делу - виновен в измене.… Но я хочу спросить господ офицеров из ФСБ ТОФ, военной прокуратуры если более двадцати следователей в течении 2-х лет и военный суд в течении 7-ми месяцев не смогли найти весомых доказательств вины Григория Пасько, а я знаю дело не понаслышке, то с какой стати должен страдать так называемый подсудимый, который не совершал никаких преступлений. Ведь по сути дела за это несовершенное преступление его будут судить во второй раз. Военная коллегия своим решением еще раз подтвердила дух презрения к либеральным демократическим ценностям, которые все больше и больше охватывает российское общество. Военные и выходцы из ФСБ, занимая высокопоставленные чиновничьи посты, хотят взять реванш, полностью заглушив все демократические начала - свободную журналистику, независимые суды и многое др. В новом судебном разбирательстве они, надеясь на изменившуюся ситуацию, хотят диктовать судьям такой ход событий, чтобы Григорий Пасько снова оказался за решеткой. Полностью проиграв дело Никитина, они хотят теперь отыграться на журналисте-экологе Григории Пасько. Военный суд, военная прокуратура, ФСБ это одно и тоже военное ведомство и разорвать этот круг практически не возможно. Я считаю, что в новой России военных судов не должно быть вообще, а институт повторных судебных разбирательств должен кануть в вечность подобно тому, как канул в вечность институт отправления дел на доследование.

       Далее приведены некоторые письма общественных организаций России и ПЕН-центров разных стран в защиту Григория Пасько.


В Военную коллегию Верховного суда РФ

20 ноября 2000 г.

       Уважаемые судьи!

       Ознакомление с приговором суда в отношении журналиста григория Пасько убеждает в том, что все обвинения в адрес Григория Пасько безосновательны и не подкрепляются никакими доказательствами.
       Все это служит веским подтверждением того, что служба безопасности Тихоокеанского флота вместе с прокуратурой ТОФ попросту задумали расправу над журналистом. И причиной этой расправы является честная профессиональная деятельность журналиста григория Пасько. Косвенным подтверждением этой запланированной расправы являются факты внесудебного давления на журналиста Пасько и многочисленные заявления высших начальников прокуратуры ТОФ и УФСБ по ТОФ, в которых явно звучат угрозы расправиться с Григорием Пасько во что бы то ни стало.
       Мы считаем, что дальнейшее продолжение преследования журналиста Григория Пасько в форме нового судебного разбирательства или в форме сохранения несправедливо вынесенного приговора является очередным нарушением как Конституции РФ, так и всех международных соглашений, подписанных Россией в последние годы.

Общественный совет НТВ

М. Горбачев
Ю. Афанасьев
Я. Засурский
Д. Муратов
А. Гельман
М. Федотов

Л. Шевцова
А. Ткаченко
Ю. Рыжов
Е. Яковлев
О. Богомолов

 

В военную коллегию        
Верховного суда РФ        

по делу ПАСЬКО Г.М.       

       Русский ПЕН-центр, международная писательская правозащитная организация, вот уже в течение почти трех лет не только наблюдает за делом военного журналиста Григория Пасько, обвиняемого в шпионаже в пользу Японии, но и активно защищает его как своего коллегу - писателя, журналиста, поэта.
       Нам достаточно хорошо известны обстоятельства дела, поскольку в судебных разбирательствах принимал участие наш представитель, общественный защитник Александр Ткаченко. Поэтому мы с полным основанием считаем, что Пасько Григорий Михайлович абсолютно невиновен в том, в чем его обвиняют. Одним из главных факторов нашей убежденности является то, что в ходе судебного разбирательства ни один из 10 пунктов обвинения не получил своего подтверждения.
       Мы требуем прекращения уголовного дела Григория Пасько в связи с отсутствием состава преступления и возбуждения дела против ФСБ ТОФ за привлечение к суду заведомо невиновного.

Список подписавшихся:

Андрей Битов
Евгений Рейн
Александр Ткаченко
Феликс Светов
Ирина Ратушинская
Юнна Мориц
Вячеслав Пьецух
Серго Ломинадзе
Наум Ним
Георгий Анджапаридзе
Юрий Давыдов

Сергей Мнацаканян
Зоя Богуславская
Анатолий Курчаткин
Юрий Ряшенцев
Юлий Крелин
Константин Кедров
Александр Парнис
Игорь Геращенко
Андрей Вознесенский
Григорий Анисимов

" 17 " ноября 2000 г.       .
    

О ПОПЫТКАХ ВОЗОБНОВЛЕНИИ "ДЕЛА ПАСЬКО"
Заявление ООД "За права человека"

        Общероссийское общественное движение "За права человека" считает, что попытки под совершенно надуманными предлогами возобновить "дело" отважного журналиста Григория Пасько вызваны не правовыми, но политико-идеологическим мотивами.
        Мы призываем общественность не ослаблять пристального внимания к проблемам "закрытости" деятельности силовых ведомств и давления властей на независимую прессу.
        Мы надеемся, что суд последует закону и отвергнет эту инициативу Генеральной прокуратуры.

Лев Пономарев,        
Исполнительный директор        
ООД "За права человека"      


 

17 ноября 2000 г.

для передачи в Военную Коллегию Верховного Суда РФ

       Белорусский ПЕН-центр, член Международного ПЕН-клуба, всемирной ассоциации писателей, одной из главных целей которой является защита свободы слова, крайне обеспокоен предстоящим рассмотрением Военной Коллегией Верховного Суда Российской Федерации протеста военной прокуратуры на приговор суда Тихоокеанского флота по делу Григория Пасько.
       Члены Белорусского ПЕН-центра считают, что обвинения в адрес Григория Пасько безосновательны и что он преследуется лишь за осуществление своего законного права на свободу слова, гарантированного Статьей 19 Всеобщей декларации прав человека.
       Мы призываем Военную Коллегию Верховного Суда Российской Федерации прекратить дело в связи с отсутствием состава преступления в действиях журналиста.
       От имени писателей-членов Белорусского ПЕН-центра,

Василь Быков
Президент
Белорусского ПЕН-центра


Париж, 15 ноября 2000        

       Французский центр Международного ПЕН-клуба просит Вас довести до сведения компетентных органов, что во имя свободы слова и самовыражения он выражает протест против судебного преследования Григория Пасько. Права человека являются составной частью законов демократии, которые Россия взяла на себя обязательство выполнять.

Президент
Французского ПЕН-клуба
Александр Блок



       Уважаемый г-н Военный прокурор!

       Японский ПЕН-клуб, ассоциация японских писателей, крайне озабочена известиями о новом суде над Григорием Пасько, корреспондентом газеты " Боевая вахта", обвиненном в шпионаже и выдаче государственных секретов.
       Признавая право государства на защиту национальной безопасности, в рамках национального и международного законодательств, мы глубоко убеждены, что информация, сообщенная Григорием Пасько, не представляет угрозы для российской национальной безопасности. Мы твердо верим, что этот корреспондент является узником совести и находится под следствием исключительно за мирное применение своего права на свободу выражения, гарантированную как российским, как и международным законодательством.
       В свете всего вышесказанного я призываю к немедленному и безоговорочному освобождению Григория Пасько.
       Мы также обеспокоены состоянием здоровья Григория Пасько и требуем незамедлительно принять все меры по его лечению.
       Заранее благодарны за Ваше внимание.

Искренне Ваш,
Президент Японского ПЕН-клуба
Джиро Икушима
Комитет "Писатели в тюрьмах"


Обращение к Военной коллегии
Верховного суда России
в связи с делом Григория Пасько

       Финский ПЕН-центр призывает Верховный суд России и его Военную коллегию полностью отменить все обвинения, выдвинутые против Григория Пасько и просит Суд продемонстрировать приверженность гражданским правам и свободе слова.

Президент
Финского ПЕН-клуба
Элизабет Нордгрен
Хельсинки, 16.11. 2000



Стокгольм, 18 ноября 2000

       Шведский ПЕН-клуб встревожен решением Верховного Суда РФ рассмотреть апелляцию, направленную против оправдательного приговора Григория Пасько, и перспективой его возвращения в тюрьму, что явилось бы грубейшим нарушением 19-ой статьи Всемирной Декларации по правам человека. Мы призываем судебные инстанции принять во внимание, что возвращение Григория Пасько в тюрьму снова привело бы к международному осуждению.

Хокан Йозефсон
Международный Секретарь


       Немецкий ПЕН-центр глубоко обеспокоен тем, что его почетный член Григорий Пасько вновь предстанет перед судом, который поставит под вопрос предыдущий приговор. Надеемся, что Военная коллегия Верховного суда примет взвешенное решение на основе конвенции ООН по гражданским правам, под которой стоит подпись России, в особенности это касается свободы слова, как это изложено в Конвенции. Мы призываем Военную коллегию сделать все, что в ее власти, чтобы безоговорочно и полностью избавить нашего почетного члена Григория Пасько от любых дальнейших судебных процедур.

Вице-президент Немецкого ПЕН-центра
Председатель Комитета "Писатели в заключении"
Д-р Карий Кларк



       * Дополнительную информацию о деле Пасько можно посмотреть на сайте http://www.index.org.ru